Евгений чазов

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией

.

Евге́ний Ива́нович Ча́зов (род. 10 июня 1929, Нижний Новгород, РСФСР, СССР) — советский и российский кардиолог, доктор медицинских наук, профессор. Генеральный директор ФГБУ «Российский кардиологический научно-производственный комплекс». Лечащий врач нескольких руководителей СССР.

Начальник 4-го Главного управления при Минздраве СССР в 1967—1986 годах[2]. Министр здравоохранения СССР в 1987—1990 годах. Член Президиума РАМН с 1972 года.

Академик АМН СССР (1971; член-корреспондент 1967). Академик АН СССР (1979). Герой Социалистического Труда (1978). Лауреат Ленинской премии (1982), трёх Государственных премий СССР (1969, 1976, 1991), Премии Совета Министров СССР и Государственной премии России (2004).

Член ЦК КПСС в 1982—1990 годах (кандидат в члены ЦК 1981—1982 гг.). Депутат Верховного Совета СССР 9—11 созывов. Член КПСС с 1962 года.

Инициатор создания и сопредседатель международного движения «Врачи мира за предотвращение ядерной войны», которому в 1985 году была присуждена Нобелевская премия мира.

Биография

В 1953 году окончил Киевский медицинский институт, поступил в ординатуру на кафедру госпитальной терапии кардиолога А. Л. Мясникова в 1-м Медицинском институте в Москве, защитил диссертацию кандидата медицинских наук. Работал в Институте терапии АМН СССР младшим, затем старшим научным сотрудником, позже — заместитель директора института по научной работе. Научные интересы Е. И. Чазова формировались под влиянием директора Института терапии АМН СССР, лауреата международной премии «Золотой стетоскоп» академика АМН СССР А. Л. Мясникова. В 1963 году Е. И. Чазов защитил докторскую диссертацию[3]. Профессор (1965).[4] С 1965 по 1967 годы Е. И. Чазов — директор Института терапии АМН СССР, преобразованного в 1967 году в Институт кардиологии (с 1976 года — Институт клинической кардиологии им. А. Л. Мясникова) АМН СССР. С 1968 года — заместитель министра здравоохранения СССР и одновременно заведующий отделением неотложной кардиологии Института кардиологии им. А. Л. Мясникова. В 1967—1986 годах Чазов — начальник IV Главного управления при Министерстве здравоохранения СССР. В 1976 году Чазов стал директором нового Всесоюзного кардиологического научного центра АМН СССР (в 1991—1997 годах — Кардиологический научный центр РАМН). В 1997 году Кардиологический центр был преобразован в Российский кардиологический научно-производственный комплекс Министерства здравоохранения РФ во главе с генеральным директором Е. И. Чазовым. В 1968—1986 годах Е. И. Чазов — заместитель министра, а в 1987—1990 годах — министр здравоохранения СССР. С 1990 года — вновь директор Всесоюзного кардиологического научного центра АМН СССР. Е. И. Чазов стал признанным авторитетом, объединяющим деятельность российских и американских кардиологов. В 1970—1980-е годы Е. И. Чазов совместно с Б. Лауном (США) был инициатором создания и сопредседателем международного движения «Врачи мира за предотвращение ядерной войны», которому в 1985 году была присуждена Нобелевская премия мира.

В 1976 году при непосредственном участии Е. И. Чазова был создан и открыт санаторий «Волжский Утёс», в настоящее время входящий в состав Медицинского центра Управления делами президента РФ. Является генеральным директором ФГБУ «Российский кардиологический научно-производственный комплекс».

Был женат на реаниматологе Ренате Николаевне Лебедевой. После развода женился на Германовой Лидии Викторовне, основоположнике профилактической медицины в СССР, профессоре, докторе медицинских наук. Последней женой стала секретарь Лидия Жукова. От первого брака имеет дочь Татьяну. От второго брака — дочь Ирина (род. 1961), член-корреспондент РАМН и РАН, в настоящее время директор Института клинической кардиологии им. А. Л. Мясникова.

Научная деятельность

Основные труды по проблемам тромбозов и инфаркта миокарда, метаболизма миокарда и недостаточности кровообращения. Редактор журнала «Терапевтический архив» (с 1973). Председатель Всесоюзного кардиологического общества (с 1975). В 1967 году Е. И. Чазов избран членом-корреспондентом АМН СССР, в 1971 году — академиком АМН СССР, а в 1979 году — академиком АН СССР.

Под его руководством защищено более 30 докторских и 50 кандидатских диссертаций. Автор более 450 научных трудов, в их числе 15 монографий. Под руководством Е. И. Чазова было сделано научное открытие «Явление регуляции силы сокращения сердечной мышцы креатином», которое занесено в Государственный реестр открытий СССР под № 187 с приоритетом от 6 ноября 1973 г.[5]

Заслуженный деятель науки РСФСР, Узбекистана и Киргизии. Член экспертного консультативного совета Всемирной Организации Здравоохранения.

Е. И. Чазов является одним из создателей факультета фундаментальной медицины МГУ им. М. В. Ломоносова[6].

Состояние здоровья

В феврале 2016 года Е.И. Чазов был госпитализирован с переломом шейки бедра. Успешно [www.riamo.ru/happen_news_moscow/20160212/619947149.html прооперирован] в ЦКБ, но травма сопровождалась осложнениями.

В апреле 2016 года Е.И. был переведен в психиатрическое отделение "одной из лучших московских больниц". После обследования Чазову поставили диагноз [life.ru/t/%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8/404308/izviestnyi_kardiologh_ievghienii_chazov_ghospitalizirovan_v_psikhiatrichieskoie_otdielieniie "дисциркуляторная энцефалопатия"]. Он характеризуется развитием нарушений речи и мышления.

Награды и звания

России и СССР:

Ведомственные:

Иностранные награды:

Премии:

Звания:

Почётный член:

Иностранный член:

Основные работы

Киновоплощения

Напишите отзыв о статье "Чазов, Евгений Иванович"

Примечания

  1. Постановление Верховного Совета СССР от 23 мая 1990 г. № 1507-I «Об освобождении тов. Чазова Е. И. от обязанностей Министра здравоохранения СССР»
  2. [www.rmj.ru/articles_329.htm Поздравление академика Евгения Ивановича Чазова] РМЖ
  3. Вспоминая о молодости, в своем [www.1tvnet.ru/video/show/vopreki-mneniyu-prezidenta.html Видео Итервью корреспонденту 1tvnet] сказал: «Диссертацию писал в кухне коммунальной квартиры, в которой не было отопления…»
  4. Чазов Евгений Иванович — статья из Большой советской энциклопедии.
  5. [ross-nauka.narod.ru/ Государственный реестр открытий СССР.] Научные открытия советских ученых в области медицины.
  6. [www.msu.ru/news/details/msuras/chazov.html ЧАЗОВ Евгений Иванович]
  7. [document.kremlin.ru/doc.asp?ID=52808 Указ Президента Российской Федерации от 10 июня 2009 года, № 643 «О награждении орденом „За заслуги перед Отечеством“ I степени Чазова Е. И.»]
  8. [document.kremlin.ru/doc.asp?ID=022910 Указ Президента Российской Федерации от 12 июня 2004 года № 761 «О награждении орденом „За заслуги перед Отечеством“ II степени Чазова Е. И.»]
  9. [news.kremlin.ru/media/events/files/41d5142535a08ec5a338.pdf Указ Президента Российской Федерации от 25 октября 2014 года № 680 «О награждении государственными наградами Российской Федерации»]
  10. [archive.is/20120906111433/www.pravoteka.ru/pst/818/408906.html Распоряжение Правительства Российской Федерации от 20 мая 1999 г. N 804-р «О награждении Почётной грамотой Правительства Российской Федерации Чазова Е. И.»]
  11. [base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=MLAW;n=57369;dst=0;ts=E214D1AAEDD0E2416AF1F4C6E81FD872;rnd=0.195003993577486 Решение Московской городской избирательной комиссии от 22 апреля 2004 года, № 40/6 «О награждении Почётной грамотой Московской городской избирательной комиссии»]
  12. [president-kbr.ru/ru/kbr-events/document/decrees-and-orders/9959------10--2014---131--.html Указ Главы Кабардино — Балкарской Республики от 10 июня 2014 года, № 131-УГ «О награждении орденом „За заслуги перед Кабардино-Балкарской Республикой“ Чазова Е. И.»]
  13. [document.kremlin.ru/doc.asp?ID=24188&PSC=1&PT=3&Page=1 Указ Президента Российской Федерации от 9 сентября 2004 года № 1154 «О присуждении Государственных премий Российской Федерации 2003 года в области науки и техники»]
  14. [moldnews.md/rus/news/6852 Российскому кардиологу Евгению Чазову присвоено звание почетного члена Академии наук Молдовы] // Сайт moldnews.md, 2008-10-18
  15. 1 2 [publ.lib.ru/ARCHIVES/CH/CHAZOV_Evgeniy_Ivanovich/_Chazov_E.I..html Публичная библиотека]

Литература

Ссылки

 [www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=10165 Чазов, Евгений Иванович]. Сайт «Герои Страны».

Отрывок, характеризующий Чазов, Евгений Иванович

Но в то время как письмо это, доказывающее то, что существенное отношение сил уже отражалось и в Петербурге, было в дороге, Кутузов не мог уже удержать командуемую им армию от наступления, и сражение уже было дано.

2 го октября казак Шаповалов, находясь в разъезде, убил из ружья одного и подстрелил другого зайца. Гоняясь за подстреленным зайцем, Шаповалов забрел далеко в лес и наткнулся на левый фланг армии Мюрата, стоящий без всяких предосторожностей. Казак, смеясь, рассказал товарищам, как он чуть не попался французам. Хорунжий, услыхав этот рассказ, сообщил его командиру.

Казака призвали, расспросили; казачьи командиры хотели воспользоваться этим случаем, чтобы отбить лошадей, но один из начальников, знакомый с высшими чинами армии, сообщил этот факт штабному генералу. В последнее время в штабе армии положение было в высшей степени натянутое. Ермолов, за несколько дней перед этим, придя к Бенигсену, умолял его употребить свое влияние на главнокомандующего, для того чтобы сделано было наступление.

– Ежели бы я не знал вас, я подумал бы, что вы не хотите того, о чем вы просите. Стоит мне посоветовать одно, чтобы светлейший наверное сделал противоположное, – отвечал Бенигсен.

Известие казаков, подтвержденное посланными разъездами, доказало окончательную зрелость события. Натянутая струна соскочила, и зашипели часы, и заиграли куранты. Несмотря на всю свою мнимую власть, на свой ум, опытность, знание людей, Кутузов, приняв во внимание записку Бенигсена, посылавшего лично донесения государю, выражаемое всеми генералами одно и то же желание, предполагаемое им желание государя и сведение казаков, уже не мог удержать неизбежного движения и отдал приказание на то, что он считал бесполезным и вредным, – благословил совершившийся факт.

Записка, поданная Бенигсеном о необходимости наступления, и сведения казаков о незакрытом левом фланге французов были только последние признаки необходимости отдать приказание о наступлении, и наступление было назначено на 5 е октября.

4 го октября утром Кутузов подписал диспозицию. Толь прочел ее Ермолову, предлагая ему заняться дальнейшими распоряжениями.

– Хорошо, хорошо, мне теперь некогда, – сказал Ермолов и вышел из избы. Диспозиция, составленная Толем, была очень хорошая. Так же, как и в аустерлицкой диспозиции, было написано, хотя и не по немецки:

«Die erste Colonne marschiert [Первая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то, die zweite Colonne marschiert [вторая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то» и т. д. И все эти колонны на бумаге приходили в назначенное время в свое место и уничтожали неприятеля. Все было, как и во всех диспозициях, прекрасно придумано, и, как и по всем диспозициям, ни одна колонна не пришла в свое время и на свое место.

Когда диспозиция была готова в должном количестве экземпляров, был призван офицер и послан к Ермолову, чтобы передать ему бумаги для исполнения. Молодой кавалергардский офицер, ординарец Кутузова, довольный важностью данного ему поручения, отправился на квартиру Ермолова.

– Уехали, – отвечал денщик Ермолова. Кавалергардский офицер пошел к генералу, у которого часто бывал Ермолов.

– Нет, и генерала нет.

Кавалергардский офицер, сев верхом, поехал к другому.

– Нет, уехали.

«Как бы мне не отвечать за промедление! Вот досада!» – думал офицер. Он объездил весь лагерь. Кто говорил, что видели, как Ермолов проехал с другими генералами куда то, кто говорил, что он, верно, опять дома. Офицер, не обедая, искал до шести часов вечера. Нигде Ермолова не было и никто не знал, где он был. Офицер наскоро перекусил у товарища и поехал опять в авангард к Милорадовичу. Милорадовича не было тоже дома, но тут ему сказали, что Милорадович на балу у генерала Кикина, что, должно быть, и Ермолов там.

– Да где же это?

– А вон, в Ечкине, – сказал казачий офицер, указывая на далекий помещичий дом.

– Да как же там, за цепью?

– Выслали два полка наших в цепь, там нынче такой кутеж идет, беда! Две музыки, три хора песенников.

Офицер поехал за цепь к Ечкину. Издалека еще, подъезжая к дому, он услыхал дружные, веселые звуки плясовой солдатской песни.

«Во олузя а ах… во олузях!..» – с присвистом и с торбаном слышалось ему, изредка заглушаемое криком голосов. Офицеру и весело стало на душе от этих звуков, но вместе с тем и страшно за то, что он виноват, так долго не передав важного, порученного ему приказания. Был уже девятый час. Он слез с лошади и вошел на крыльцо и в переднюю большого, сохранившегося в целости помещичьего дома, находившегося между русских и французов. В буфетной и в передней суетились лакеи с винами и яствами. Под окнами стояли песенники. Офицера ввели в дверь, и он увидал вдруг всех вместе важнейших генералов армии, в том числе и большую, заметную фигуру Ермолова. Все генералы были в расстегнутых сюртуках, с красными, оживленными лицами и громко смеялись, стоя полукругом. В середине залы красивый невысокий генерал с красным лицом бойко и ловко выделывал трепака.

– Ха, ха, ха! Ай да Николай Иванович! ха, ха, ха!..

Офицер чувствовал, что, входя в эту минуту с важным приказанием, он делается вдвойне виноват, и он хотел подождать; но один из генералов увидал его и, узнав, зачем он, сказал Ермолову. Ермолов с нахмуренным лицом вышел к офицеру и, выслушав, взял от него бумагу, ничего не сказав ему.

– Ты думаешь, это нечаянно он уехал? – сказал в этот вечер штабный товарищ кавалергардскому офицеру про Ермолова. – Это штуки, это все нарочно. Коновницына подкатить. Посмотри, завтра каша какая будет!

– Как не бы… – начал Кутузов, но тотчас же замолчал и приказал позвать к себе старшего офицера. Вылезши из коляски, опустив голову и тяжело дыша, молча ожидая, ходил он взад и вперед. Когда явился потребованный офицер генерального штаба Эйхен, Кутузов побагровел не оттого, что этот офицер был виною ошибки, но оттого, что он был достойный предмет для выражения гнева. И, трясясь, задыхаясь, старый человек, придя в то состояние бешенства, в которое он в состоянии был приходить, когда валялся по земле от гнева, он напустился на Эйхена, угрожая руками, крича и ругаясь площадными словами. Другой подвернувшийся, капитан Брозин, ни в чем не виноватый, потерпел ту же участь.

– Это что за каналья еще? Расстрелять мерзавцев! – хрипло кричал он, махая руками и шатаясь. Он испытывал физическое страдание. Он, главнокомандующий, светлейший, которого все уверяют, что никто никогда не имел в России такой власти, как он, он поставлен в это положение – поднят на смех перед всей армией. «Напрасно так хлопотал молиться об нынешнем дне, напрасно не спал ночь и все обдумывал! – думал он о самом себе. – Когда был мальчишкой офицером, никто бы не смел так надсмеяться надо мной… А теперь!» Он испытывал физическое страдание, как от телесного наказания, и не мог не выражать его гневными и страдальческими криками; но скоро силы его ослабели, и он, оглядываясь, чувствуя, что он много наговорил нехорошего, сел в коляску и молча уехал назад.

Излившийся гнев уже не возвращался более, и Кутузов, слабо мигая глазами, выслушивал оправдания и слова защиты (Ермолов сам не являлся к нему до другого дня) и настояния Бенигсена, Коновницына и Толя о том, чтобы то же неудавшееся движение сделать на другой день. И Кутузов должен был опять согласиться.

На другой день войска с вечера собрались в назначенных местах и ночью выступили. Была осенняя ночь с черно лиловатыми тучами, но без дождя. Земля была влажна, но грязи не было, и войска шли без шума, только слабо слышно было изредка бренчанье артиллерии. Запретили разговаривать громко, курить трубки, высекать огонь; лошадей удерживали от ржания. Таинственность предприятия увеличивала его привлекательность. Люди шли весело. Некоторые колонны остановились, поставили ружья в козлы и улеглись на холодной земле, полагая, что они пришли туда, куда надо было; некоторые (большинство) колонны шли целую ночь и, очевидно, зашли не туда, куда им надо было.

Граф Орлов Денисов с казаками (самый незначительный отряд из всех других) один попал на свое место и в свое время. Отряд этот остановился у крайней опушки леса, на тропинке из деревни Стромиловой в Дмитровское.

Перед зарею задремавшего графа Орлова разбудили. Привели перебежчика из французского лагеря. Это был польский унтер офицер корпуса Понятовского. Унтер офицер этот по польски объяснил, что он перебежал потому, что его обидели по службе, что ему давно бы пора быть офицером, что он храбрее всех и потому бросил их и хочет их наказать. Он говорил, что Мюрат ночует в версте от них и что, ежели ему дадут сто человек конвою, он живьем возьмет его. Граф Орлов Денисов посоветовался с своими товарищами. Предложение было слишком лестно, чтобы отказаться. Все вызывались ехать, все советовали попытаться. После многих споров и соображений генерал майор Греков с двумя казачьими полками решился ехать с унтер офицером.

– Ну помни же, – сказал граф Орлов Денисов унтер офицеру, отпуская его, – в случае ты соврал, я тебя велю повесить, как собаку, а правда – сто червонцев.

Унтер офицер с решительным видом не отвечал на эти слова, сел верхом и поехал с быстро собравшимся Грековым. Они скрылись в лесу. Граф Орлов, пожимаясь от свежести начинавшего брезжить утра, взволнованный тем, что им затеяно на свою ответственность, проводив Грекова, вышел из леса и стал оглядывать неприятельский лагерь, видневшийся теперь обманчиво в свете начинавшегося утра и догоравших костров. Справа от графа Орлова Денисова, по открытому склону, должны были показаться наши колонны. Граф Орлов глядел туда; но несмотря на то, что издалека они были бы заметны, колонн этих не было видно. Во французском лагере, как показалось графу Орлову Денисову, и в особенности по словам его очень зоркого адъютанта, начинали шевелиться.

– Ах, право, поздно, – сказал граф Орлов, поглядев на лагерь. Ему вдруг, как это часто бывает, после того как человека, которому мы поверим, нет больше перед глазами, ему вдруг совершенно ясно и очевидно стало, что унтер офицер этот обманщик, что он наврал и только испортит все дело атаки отсутствием этих двух полков, которых он заведет бог знает куда. Можно ли из такой массы войск выхватить главнокомандующего?

– Право, он врет, этот шельма, – сказал граф.

– Можно воротить, – сказал один из свиты, который почувствовал так же, как и граф Орлов Денисов, недоверие к предприятию, когда посмотрел на лагерь.

– А? Право?.. как вы думаете, или оставить? Или нет?

– Прикажете воротить?

– Воротить, воротить! – вдруг решительно сказал граф Орлов, глядя на часы, – поздно будет, совсем светло.

И адъютант поскакал лесом за Грековым. Когда Греков вернулся, граф Орлов Денисов, взволнованный и этой отмененной попыткой, и тщетным ожиданием пехотных колонн, которые все не показывались, и близостью неприятеля (все люди его отряда испытывали то же), решил наступать.

Шепотом прокомандовал он: «Садись!» Распределились, перекрестились…

– С богом!

«Урааааа!» – зашумело по лесу, и, одна сотня за другой, как из мешка высыпаясь, полетели весело казаки с своими дротиками наперевес, через ручей к лагерю.

Один отчаянный, испуганный крик первого увидавшего казаков француза – и все, что было в лагере, неодетое, спросонков бросило пушки, ружья, лошадей и побежало куда попало.

Ежели бы казаки преследовали французов, не обращая внимания на то, что было позади и вокруг них, они взяли бы и Мюрата, и все, что тут было. Начальники и хотели этого. Но нельзя было сдвинуть с места казаков, когда они добрались до добычи и пленных. Команды никто не слушал. Взято было тут же тысяча пятьсот человек пленных, тридцать восемь орудий, знамена и, что важнее всего для казаков, лошади, седла, одеяла и различные предметы. Со всем этим надо было обойтись, прибрать к рукам пленных, пушки, поделить добычу, покричать, даже подраться между собой: всем этим занялись казаки.

Французы, не преследуемые более, стали понемногу опоминаться, собрались командами и принялись стрелять. Орлов Денисов ожидал все колонны и не наступал дальше.

– Я уроков принимать ни от кого не хочу, а умирать с своими солдатами умею не хуже другого, – сказал он и с одной дивизией пошел вперед.

Выйдя на поле под французские выстрелы, взволнованный и храбрый Багговут, не соображая того, полезно или бесполезно его вступление в дело теперь, и с одной дивизией, пошел прямо и повел свои войска под выстрелы. Опасность, ядра, пули были то самое, что нужно ему было в его гневном настроении. Одна из первых пуль убила его, следующие пули убили многих солдат. И дивизия его постояла несколько времени без пользы под огнем.

Между тем с фронта другая колонна должна была напасть на французов, но при этой колонне был Кутузов. Он знал хорошо, что ничего, кроме путаницы, не выйдет из этого против его воли начатого сражения, и, насколько то было в его власти, удерживал войска. Он не двигался.

Кутузов молча ехал на своей серенькой лошадке, лениво отвечая на предложения атаковать.

– У вас все на языке атаковать, а не видите, что мы не умеем делать сложных маневров, – сказал он Милорадовичу, просившемуся вперед.

– Не умели утром взять живьем Мюрата и прийти вовремя на место: теперь нечего делать! – отвечал он другому.

Когда Кутузову доложили, что в тылу французов, где, по донесениям казаков, прежде никого не было, теперь было два батальона поляков, он покосился назад на Ермолова (он с ним не говорил еще со вчерашнего дня).

– Вот просят наступления, предлагают разные проекты, а чуть приступишь к делу, ничего не готово, и предупрежденный неприятель берет свои меры.

Холестерин латинскими буквами